Поскольку число мирских приходо-расходных книг уже достаточно велико и продолжает расти, для обработки имеющегося в них фактического материала целесообразно заполнение на каждую из них специально разработанной анкеты, включающей данные как археографического плана, так и наиболее значимые фактические сведения о вотчине, ее владельческой принадлежности, мирском старосте, его функциях и т.п. (см. Приложение).

На основе анкет создается компьютерная база данных, которая позволяет проводить группировку мирских приходо-расходных книг по различным принципам - хронологии, территориальному расположению, владельческой принадлежности, господствующему типу ренты и типу взаимоотношений с землевладельцем, археографическим особенностям рукописей, в частности, варианту книг или степени их сохранности, и пр., что существенным образом облегчает проведение традиционного анализа источников и составление необходимых таблиц.

Представляется целесообразным рассматривать приходо-расходные книги как бы в нескольких измерениях: сравнивая доходные и расходные статьи мирского годового бюджета, с одной стороны, анализируя изменения в мирских приходах и расходах, а также организации мирского самоуправления во времени (что особенно плодотворно, если имеются тетради за несколько лет по данной общине), с другой. Проведенная архивная работа предоставляет уникальную возможность рассмотреть приходо-расходную документацию мирских старост одной вотчины на протяжении десятилетия, причем в достаточно динамичный период рубежа веков (приходо-расходные книги Медведевой и Шаровкиной пустыней конца XVII - начала XVIII в.). Монастырские архивы позволяют также анализировать финансовую документацию мирского самоуправления в одних и тех же вотчинах за разные годы на протяжении длительного периода времени.

Трехмерность же исследования возникает при достаточно большом количестве привлеченных к исследованию источников, если выявленные указанным выше способом тенденции проследить не только во времени, но и в пространстве (как на материалах самого Центра России, так и в сравнении с Русским Севером или Сибирью). Безусловный интерес в этой связи представляют хранящиеся в фонде Коллегии экономии РГАДА приходо-расходные книги 1740 г. крестьянских миров синодальных владений в различных уездах. Наконец, четвертое измерение возникает при сравнении данных, извлеченных из книг крестьянских общин на землях вотчиннопомещичьих, церковно-монастырских, дворцовых или государственных.

Для анализа финансовой деятельности старост заполнялись таблицы, выявляющие и обобщающие, в частности, основные статьи прихода и расхода мирских бюджетов. Любопытно, что составленная в итоге "стандартная" табличная форма оказалась довольно близка к обнаруженным в архиве таблице "щета" мирского старосты Юзской волости Галицкого уезда Семена Юдина (1716 г., Донской монастырь) и "Табеля" выборного Федора Филатова (1735 г., Иосифо-Волоколамский монастырь).

Сопоставление размеров различных платежей необходимо производить, естественно, с учетом изменений курса рубля. Процентное же выражение тех или иных мирских платежей к общей сумме некорректно из-за чересчур тесной корреляции итогового показателя с размером других мирских расходов, как относительно фиксированных владельческих и государственных, так и чрезвычайных, обусловленных теми или иными "случайными" обстоятельствами (межевое дело, описание вотчин или найденное в деревне "мертвое тело").

Прямое сопоставление бюджета отдельной деревенской или всевотчинной общины Центральной России и северного всеуезного мира вряд ли целесообразно, в то время как сранение с документацией черносошной волости достаточно продуктивно.

По возможности мирскую финансовую документацию необходимо проверять другими источниками, например, приходо-расходными книгами посельских старцев и монастырей, мирскими приговорами, крестьянскими челобитными, вообще текущей документацией вотчины и пр. за соответствующий период времени. Показательно, что самими крестьянами подобная проверка рассматривалась как вполне закономерная.⁹⁸ Однако на практике (особенно для XVII в.) сделать это не всегда удается.

Для рассмотрения вопроса о роли личностного фактора в организации и функционировании мирского самоуправления вся информация о старостах, извлеченная из источников, заносится на персональные карточки. Банк данных собирается и о других мирских выборных и земских дьячках. Во всех случаях, когда это возможно, привлекаются максимально приближенные по времени общегосударственные или владельческие переписи населения, которые дают сведения о семейном положении, составе семьи, месте жительства выборных представителей крестьянского мира, а следовательно, и возможность анализа как количественной доли, так и качественного состава социально активного населения вотчины. Подобная работа проделана по материалам приходо-расходных книг Медведевой и Шаровкиной пустыней (как упоминавшихся выше денежных, так и хлебных), мирских приходо-расходных книг и сказок бывших старост Железноборовского монастыря 90-х гг. XVII в., а также денежным приходо-расходным книгам синодального села Ильинского Юрьевского уезда (1740 г.) и ряда других. В этой связи несколько нетрадиционно используются в данном исследовании источники, чаще привлекавшиеся в работах по исторической демографии, в частности, ревизские сказки, ландратские переписи 1716-1717 гг. Ценность их в том, что они сообщают одновременно имена старост и их возраст (наряду с остальными сведениями).

В дальнейшем на основе данной картотеки, пополняемой информацией из других источников, предполагается проведение группировки (по возрастным интервалам, по размеру населенного пункта и пр.). Данная методика позволяет выяснить, чем руководствовались крестьяне при избрании старосты. Интересно, в частности, установить, насколько эти критерии совпадали как с имеющимися в литературе сведениями по второй половине XVIII и XIX в. (в том числе этнографическими), так и с пожеланиями землевладельцев, формулировавшимися в инструкциях и переписке с приказчиками; каковы были возрастные ограничения; обязательно ли старосты и другие выборные крестьяне являлись дворохозяевами и пр.

98. Так, например, бывший староста вотчины Шаровкина монастыря ввиду отсутствия подробных записей в своих приходо-расходных книгах предлагает для проверки своей деятельности обратиться именно к монастырской приходной документации, удостоверяющей, по его мнению, правильность ведения им мирских дел: "Которых государь денежных зборов в книгах моих не записана вели государь выписать в Донском монастыре ис приходных книг и ис платежных отписей, чтоб мне ... вконец не разоритца" (ГИМ ОПИ. Ф. 440. Д. Оп. 1. Д. 481. Л. 62).