В рубрике ИНТЕРВЬЮ редакция "Международного исторического журнала" приступает к осуществлению нового проекта. Основной целью настоящего проекта является знакомство специалистов и широкой общественности с жизнью и деятельностью известных историков, за плечами которых огромный жизненный опыт, значимый научный вклад.

Шеф-редактор "Международного исторического журнала" Давлетшина Н.В. встретилась с академиком-секретарем РАН Рыбаковым Борисом Александровичем.

Мы договаривались с Б.А. Рыбаковым об интервью в студенческой аудитории исторического факультета Московского Государственного Университета им. М.В.Ломоносова, где его ученики - студенты-первокурссники готовились к сдаче экза мена. Встреча состоялась спустя неделю в домашнем кабинета академика. На рабочем столе - рукописи историка, документы и материалы с которыми работает Борис Александрович в настоящее время.

Я была уверена, что знаю Б.А. Рыбакова очень-очень давно, так как ровно двадцать пять лет назад слушала его лекции и работала под его руководство в семинаре, но, когда я сказала ему об этом, Борис Александрович только улыбнулся и заметил, что у него очень много учеников, которые учились у него пятьдесят лет назад.

Не пришлось Рыбакову Б.А. говорить и об огромных перспективах электронных коммуникаций. Эта проблема у него не вызывает никаких сомнений. Единственное, на что он обратил внимание, так это на то, что следует не забывать о книгах и, если человек собирается заниматься наукой, необходимо с молодости собирать библиотеку по специальности. Свою библиотеку Борис Александрович Рыбаков начал собирать с двенадцати лет.

Борис Александрович Рыбаков родился в 1908 году. Отец его - Александр Степанович, был учеником Ключевского, историком, директором Учительского Института, открытого на средства Рябушинских.

Мать - Клавдия Андреевна Блохина, из рода, корни которого уходят в Псковскую и Суздальскую земли. Дед по материнской линии имел усадьбу в Лефортово.

Б.А.Рыбаков получил хорошее домашнее образование. Мама обучала его французскому и немецкому языкам. Хотя, когда началась Первая мировая война, он отказался продолжать заниматься немецким, о чем, как нам показалось вспоминал с большим сожалением, отметив, что никто тогда не сказал ему изучать язык, хотя бы как "язык врага". О своей матери Б.А.Рыбаков говорил как о женщине очень образованной.Она окончила Немецкую гимназию в Лефортово, а позже Высшие женские курсы и серьезно занималась воспитанием и образованием своего сына.

Первая мировая война застала Бориса Александровича в Прибалтике, где он находился вместе со своей матерью.В это время отец его был в научной экспедиции на Урале. И хотя, мать с сыном довольно легко добрались до Москвы, война уже чувствовалась во всем. Как вспоминалал Борис Александрович, они уже слышали кананаду.

Возвращаясь к домашнему образованию, которое он получил в семье, Борис Александрович подчеркнул, что именно в годы первой мировой войны увлекся всерьез географией. А начинал изучать географию по флажкам, которыми они с отцом отмечали линии фронтов. Некоторое время спустя он также увлекся катрографией.

Позже Б.А. Рыбаков выпустит книгу о московских картах 16 века.

А также все его студенты хорошо помнят курс Исторической географии, который долгие годы читал Б.А.Рыбаков на историческом факультете МГУ.

До 1918 года, насколько помнит Борис Александрович, его семья не испытывала действительно серьезных сложностей, но в 1918 году в Москве начался голод и несколько тысяч школьников Советская власть решила отправить из Москвы в хлебные губернии. Среди них был и Борис Александрович, который поехал вместе с матерью, которая, будучи учительницей, должна была сопровождать своих учеников. Детей погрузили на пароходы и по Москва реке, Оке, Волге, Каме отправляли в Казанскую и Уфимскую губернии. В этих губерниях были созданы детские коммуны, в одной из которых и прожил он в течение почти трех лет.

Борис Александрович вспоминает, что в коммуне дети не учились, хотя если бы каждый ребенок привез по одной книжке, получилась бы уже целая библиотека и вполне можно было бы проводить занятия. Но в тот период, вероятнее всего, стояла другая задача - выжить, и поэтому дети работали в поле, ездили в ночное( именно эти моменты больше всего запомнились Борису Александровичу),сами себя обслуживали.

Интересно отметить, что Борис Александрович Рыбоков несколько раз подчеркнул в своем рассказе, что он до 1921 года ни разу не слышал, чтобы кто-то упомянал о смерти детей в подобных коммунах. А в 1921 году они с матерью решили добираться до Москвы. Путь был очень долгим и трудным, так как продвигаться им приходилась по губерниям, охваченным голодом.Однако память подростка зафиксировала не трудности, хотя Борис Александрович помнит, как их обокрали в Нижнем Новгороде, а встречи с яркими и колоритными людьми, вызвавшими в нем огромный интерес к русским народным песням, народному фольклору. По возвращении в Москву, он укрепил в себе этот интерес, собирая пословицы, поговорки, песни, рассказы . Однако эти материалы у него не сохранились, они куда-то исчезли, когда он пошел отбывать военную службу. И до сих пор он очень сожалеет об этом, хотя кое-что помнит наизусть и сегодня.

Но интерес к фольклору Борис Александрович пронес через всю жизнь, и в 1981 году в Издательстве "Наука" вышла его книга" Язычество древних славян", большая часть которой и отражает этот его интерес.

Итак, по возвращении в Москву, вспоминает Б.А.Рыбаков, ему некоторое время пришлось жить в детском доме, где работала его мать. Детский дом этот назывался "Трудовая семья" и находился в з-х этажном особняке, построенном кем-то из Рябушинских в Таганке. Дети, которые в нем жили учились в обычнух школах, в частности в той, которой учился Борис Александрович, больше из детского дома никого не было, поэтому, как он подчеркивал, он был предоставлен сам себе и много времени, даже прогуливая уроки, проводил в старых районах Москвы, он обошел каждую улочкуКитай-города, с огромным интересом изучал Кремль и т.д.

В 1924 году, в пятнадцать лет, он окончил школу и перед ним встала проблема выбора: что изучать - литературу или историю. Но эту диллему он разрешил следующим образом : он поступает на исторический факультет Московского Университета и одновременно посещает многие лекции литературного факультета.Он также продолжает изучать историю Москвы, активно собирает собственную библиотеку и все больше и больше укрепляется в мысли о том, что будет изучать старину. Это желание стало серьезной потребностью еще и в силу того, что в двадцатые годы, как утверждает Борис Александрович, был очень слабый интерес к древним периодам истории России, более того - история " начиналась" со времен восстания Стеньки Разина.И это было свойственно даже Московскому Университету. Действительный интерес к истории, в том числе к ее древнему периоду, сохранялся только в Историческом Музее, который в тот период был центром научной, культурной и духовной жизни Москвы. В Историческом музее собирались настоящие ценители и любители старины, он стал прибежищем российской интеллигенции, с ним сотрудничали лучшие специалисты, прежде всего их Духовной Академии, публичные лекции музея собирали большое количество слушателей, каждый отдел музея представлял собой большое научное учреждение, где велась огромная исследовательская работа. И именно в Музее Борис Александрович Рыбаков и приобретает свои первые научные навыки, работая в нем уже в годы студенчества.

В 1930 году он оканчивает Московский Университет и отказывается ехать в г. Алапаевск, куда его пытались направить на работу, Так как он не являлся комсомольцем, не получал стипендию, он считает, что вполне имеет право распоряжаться собственной судьбой и уезжает на работу в Александровскую слободу, где начинает серьезно заниматься исследовательской работой. Однако в начале осени на страницах газеты Известия была опубликована большая статья, где перечислялись все студенты Московского Университета, отказавшиеся поехать по распределению, поэтому Борис Александрович принимает решение уйти в армию. Он попадает в разведку и служит в вооруженных силах в течение одного года. И только после окончания военной службы он опять вернется к своему любимому делу, которым занимается вот уже семьдесят лет.

О том, как сложилась творческая судьба ученого читайте в следующем номере журнала.