Рудольф Пихоя

В годы войны власть в стране принадлежала Государственному Комитету Обороны, Сталин, объединивший непосредственно перед войной посты председателя Совнаркома (главы правительства) и секретаря ЦК ВКП(б), практически игнорировал деятельность высших органов партии. На много лет прекратились созывы съездов партии (ХУШ съезд состоялся в 1939 г., следующий - Х1Х - только в 1952 г.); только один раз за время войны (в 1944 г.) собирался пленум ЦК ВКП(б), заседания политбюро носили, скорее, случайный характер, и решения высшего государственного руководства уже позже оформлялись как постановления политбюро.

Свидетельством повышения роли государственного аппарата в системе власти в СССР стало преобразование Совета народных комиссаров СССР в Совет Министров СССР, а совнаркомов союзных и автономных республик - в Советы Министров этих республик⁶⁴.

Сталин старел. Возраст брал свое и, как показывает журнал записи лиц, принятых Сталиным в своем кремлевском кабинете, круг его встреч стал суживаться. Если в 1940 г., сужя по этому журналу, он встретился с двумя тысячами посетителей, то в 1950 г. их уже только около семисот, а в 1951 и 1952 гг. - менее пятисот за год. Он месяцами не появлялся в своем кремлевском кабинете. В 1950 г. он не принимал посетителей около 5 месяцев - с 2 августа до 22 декабря, затем он не принимал посетителей с 9 августа 1951 г. по 12 февраля 1952 г.⁶⁵

Понятно, что в этих условиях усиливалась скрытая борьба за воласть, за то, кому суждено будет наследовать власть в СССР.

Вскоре после окончания войны начинаются перестановки в высшем эшелоне власти СССР. Логика кадровых перемещений не всегда понятна. Партийное руководство, осудившее еще на своем Х сьезде фракционность, объявив групповщину и фракционность самыми тяжкими преступлениями против партии, было, тем не менее, фракционным. Но эти группы внутри номенклатуры тщательно маскировались для непосвященных. Природа этих объединений, причины, объеднявшие людей в эти группировки не всегда очевидны. Однако без изучения групповых интересов, существовавших внутри высшего звена партгосноменклатуры, без анализа их взаимной борьбы, нередко в подлинном смысле кровавой, союзов, иногда кажущихся противоестественными, невозможно понять историю власти в послевоенном СССР.

Ключевой фигурой для анализа этих сложных процессов может быть Георгий Максимилианович Маленков. Партийный подьячий, канцелярист, тихо и незаметно трудившийся в Орграспредотделе ЦК ВКП(б) под руководством начальника этого отдела - Н.И.Ежова - он стал зловеще знаменит в 1937 г. В этом году он проехался по многим областям и республикам СССР, проводил там пленумы по разоблачению "врагов народа" - Ростов, Саратов, Тула, Тамбов, Ереван, Казань. По итогам его инспекций было арестовано более 150 тысяч человек, по преимуществу - местного партийно-хозяйственного актива⁶⁶. Значительная часть этих людей была расстреляна. В Ереване началось непосредственное взаимодействие Маленкова с Берией67.

В своих мемуарах Н.С. Хрущев вспоминает, что в 1938 г. Сталин предлагал "подкрепить" наркома внутренних дел Н.И.Ежова первым заместителем, и сам Ежов предложил на эту роль Маленкова. В прошлом, до назначения на должность наркома, кадровыми вопросами в ЦК занимался Ежов, и такое передвижение человека из его аппарата вполне соответствовало партийной логике. По словам Хрущева, Сталин сказал Ежову: "Нет, Маленкова вам брать не стоит, потому что он сейчас заведует кадрами ЦК и тут нужнее"⁶⁸. Заместителем Ежова стал Л.П.Берия, назначенный на должность первого заместителя 22 августа 1938 г., а 25 ноября того же года и сменивший его на посту наркома НКВД. Маленков же стал начальником управления кадрами ЦК ВКП(б) (с 1938 по 1946 г.)

С Маленковым был связан другой, без сомнения, очень важный эпизод - попытка управлять репрессиями - не только расширять их масштабы, но и, при политической необходимости, осудить непосредственных исполнителей репрессий, выводя из-под критики их подлинных организаторов. Именно он выступил на январском (1938 г) Пленуме ЦК ВКП(б) с докладом "Об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии, о формально-бюрократическом отношении к апелляциям из ВКП(б) и о мерах по устранении этих недостатков".

В замаскированной форме осуждались репрессии против коммунистов, отсюда возникало нарицательное понятие "ежовщина" - как произвол карательных органов, вышедших из-под контроля партии. Все это было ложью. Никакие карательные органы не выходили из-под партийного контроля, если под последним понимать аппарат ЦК ВКП(б), а Н.И.Ежов абсолютно не соответствовал роли политического деятеля, противостоящего партийному руководству. Но возможность направить недовольство репрессиями по "обводному каналу", найти "козлов отпущения" среди примерных исполнителей была тогда опробована впервые.

18 марта 1946 г. на Пленуме ЦК ВКП(б) был резко расширен состав Оргбюро ЦК - с 9 до 15 человек. Три человека в партии получали особый статус. Одновременно в Политбюро, Оргбюро и Секретариат входили 3 человека - Сталин, Жданов и Маленков. Тогда же в состав В борьбе за место второго человека в партии в это время начали бороться две группировки - А.А. Жданова и Г.М.Маленкова. За каждым из них стоял огромный опыт деятельности в партийном аппарате.

Маленков сохранил довольно тесные связи с преемником Ежова - Л.П.Берией⁶⁹. 18 марта 1946 г. на Пленуме ЦК ВКП(б) Маленков стал членом Политбюро, Оргбюро и Секретариата ЦК ВКП(б), то есть вместе со Сталиным и Ждановым вошел в состав ВСЕХ высших органов ВКП(б). Однако уже в апреле того же года, то есть буквально несколько дней спустя, ему перестают посылать материалы для заседаний Совета Министров СССР. 4 мая 1946 г. по докладу Сталина выводят из состава Политбюро, обвинив его виновным в за некачественную приемку авиационной техники в годы войны (Маленков отвечал в ЦК за работу авиационной промышленности). 6 мая того же года, опросом, его выводят из секретарей ЦК, на его место был избран Н.С.Патоличев. 13 мая постановлением Совета Министров СССР Маленков был назначен председателем специальной комиссии по ракетной технике⁷⁰, 10 июля - председателем комиссии по радиолокации, а второго августа - заместителем председателя Совета Министров СССР, заместителем председателя оперативного бюро Совета Министров (руководителем этого оперативного бюро был заместитель Председателя Совмина СССР Л.П.Берия)⁷¹.

Столь подробное перечисление должностей необходимо в связи с тем, что причины временного ослабления влияния Маленкова остаются до сих пор невыясненными. Более того, существует мнение, что в 1947 г. Маленков был переведен в 1947 г. на работу в Узбекистан⁷². По нашим данным, эти сведения не находят подтверждения. В документах Г.М.Маленкова, хранящихся и в фонде секретариата ЦК, и в архиве Политбюро нет упоминания о его командировке в Узбекистан, хотя неясностей о месте пребывания Маленкова немало. Впрочем, эти неясности относятся не к 1947, а к 1946 году. Есть косвенные свидетельства - характер рассылки документов Совмина и ЦК - позволяющие утверждать, что с мая по октябрь этого года Маленкова не было в Москве. Маленков возвратился в Москву только к началу октября 1946 г., тогда же - с 5 октября - начал работать его личный секретариат в Совете Министров, и, следовательно, в Ташкенте в 1947 г. он не работал.

То, что позиции Маленкова в ЦК и, что еще важнее - в глазах Сталина - пошатнулись - было хорошо известно в МГБ. Следователи по этому делу - Лихачев и Герасимов - "выбивали" показания, направленные на компроментацию Маленкова, они говорили, что "дело закрутилось и Г.М.Маленков погорел"⁷³. Позже, во время работы Пленума ЦК КПСС в июле 1953 г., где рассматривалось дело Берии, А.А.Андреев вспоминал: "Берия знал, что товарищ Сталин целиком и полностью доверял товарищу Маленкову, считал его своим другом. И вот Берия нужно было подбить товарища Маленкова. Как настоящий провокатор, прикидываясь другом и Маленкова, на самом деле он ловко состряпал дело Шахурина и Новикова. Это дело, безусловно, было сделано Берией"⁷⁴.

Делая неизбежную поправку на "обвинительный" характер подобных воспоминаний, считаем, что в данном случае они соответствуют реальным фактам. Несколькими годами позже, когда перед партийным судом окажется уже сам Маленков, на июньском Пленуме (1957 г.) он напомнит, что он сам был подвергнут допросам Берии⁷⁵, что "вместе с ним (маршалом Новиковым - Авт.) выгнали и меня из секретарей ЦК"⁷⁶. Однако прогноз следователей по особо важным делам МГБ СССР о крушении Маленкова на основании показаний, выколоченных из руководителей авиации, оказался преждевременным.

Маленков смог восстановить свои позиции в кремлевском руководстве в 1948 г. По политической логике того времени, это не могло не отразиться на положении его соперника - А.А.Жданова.

64. Ведомости Верховного Совета СССР. М., 1946, N 10
65. Подсчеты произведены А.С.Степановым и А.В.Коротковым.
66. ЦХСД, ф.6, д.13/78, т.36, л.2
67. Там же, л.30
68. Мемуары Никиты Сергеевича Хрущева // ВИ, 1992, 2-3, с. 84
69. Колоритные подробности сотрудничества Г.М.Маленкова и Л.П.Берии содержатся в записях воспоминания В.М. Молотова // Сто сорок бесед с Молотовым. Из дневника Ф.Чуева. М., 1991, с. 328-329
70. Маленков был председателем Комитета по реактивной технике ровно год - до мая 1947 года. См: АП РФ, ф.3, оп.62, д.128
71. Благодарю заведующего архивом Кабинета Министров СССР В.Б.Давыдова за предоставленные сведения.
72. Геллер М, Некрич А. Утопия у власти, с.553
73. АП РФ, ф.3, оп.58, д. 223, лл. 119-121
74. Известия ЦК КПСС, 1991, 2, с.183
75. Пленум ЦК КПСС. Июнь 1957 года. Стенографический отчет, с.14-15
76. Пленум ЦК КПСС. Июнь 1957 года. Стенографический отчет. ЦК КПСС, с.241