Шелохаев В.В.

Древний род Кокошкиных восходит к легендарному касожскому князю Редеди. Его прямой потомок Василий Васильевич Глебов, по прозвищу Кокошка, и стал непосредственным основателем этого рода, представители которого внесены в YI часть родословной книги Московской, Нижегородской и Петербургской губерний.

Из ближайших предков Ф.Ф.Кокошкина наиболее известен его дед Ф.Ф.Кокошкин (1773-1838) - действительный статский советник, московский прокурор, драматург, директор императорских театров в Москве, председатель Московского общества любителей российской словесности. Что же касается родителей Ф.Ф.Кокошкина, то информация о них фрагментарна. Его отец, Федор Федорович (в роду старшим сыновьям было принято давать имя Федор), имел чин надворного советника, служил комиссаром по крестьянским делам в городе Холме Люблинской губернии. Он являлся одним из активных проводников реформ 60-79-х годов XIX века. В этом небольшом польском городке в 1871 г. и родился Федор Федорович Кокошкин. Когда ему было около двух лет, а его младшему брату Владимиру лишь несколько месяцев, скоропостижно умер отец. Оставшись с двумя малолетними детьми, мать больше замуж не вышла, а посвятила свою жизнь воспитанию своих любимых сыновей. Вскоре после смерти мужа она с детьми переехала в город Владимир на Клязьме, где стала начальницей женской гимназии. Материальный достаток позволял снять большую квартиру с огромным фруктовым садом. По наследству от деда Ф.Ф.Кокошкина семье досталось большое родовое имение в Звенигородском уезде Московской губернии, куда каждое лето семья Кокошкиных переезжала из Владимира.

С ранних лет братья находились под присмотром гувернеров и учителей, обучавших их древним языкам, классической литературе и поэзии. Вспоминая о детских годах В.Ф.Кокошкин писал; "Были мы детьми веселыми, живыми, склонными к детским шалостям, и с совершенно настоящими изобретениями разного рода игр. И в этих изобретениях и играх всегда отражалась основная черта характера брата Феди - потребность превратить в жизнь то, что он прочел и придумал. Или иногда даже то, что случайно появилось в его богатой фантазии".¹

С детских лет Федор не только страстно любил, но и боготворил А.С.Пушкина. В своих воспоминаниях В.Ф.Кокошкин зафиксировал один эпизод, позволяющий лучше понять сущностные черты своего брата. Однажды, будучи летом в дедовском родовом подмосковном имении, Федор предложил брату и своим друзьям устроить чествование памяти А.С.Пушкина. "В густой чаще парка мы нашли поросшую мхом белую колонну, служившую, по-видимому, когда-то пьедесталом для статуи какой-нибудь богини. При содействии двух товарищей мы с величайшим трудом подняли и поставили ее. Разрядили кругом кусты, работая топорами и перочинными ножами в поте лица. Образовавшуюся небольшую площадку усыпали песком. На колонну поставили портрет Пушкина, вырезанный из какого-то календаря и наклеенный на картон, и сделали венок из листьев и цветов в виде рамки". Когда все было готово, Федор прочел "перед памятником стихотворение Лермонтова "На смерть поэта". Читал он стихи превосходно, проникновенно и просто, без всякой актерской аффекции".²

С 1880 по 1889 г. Федор учился во владимирской классической гимназии. Способный от природы, он обладал исключительной памятью, пытливым и самостоятельным умом. Еще в гимназии он превосходно знал древние языки - латинский и греческий, а из современных - немецкий и французский. Гимназию Федор окончил с золотой медалью. Характерно, что свое выпускное сочинение он посвятил "Антигоне" Софокла. В сочинении юный гимназист, по словам В.Ф.Кокошкина, доказывал, что "каждое истинно художественное произведение проникнуто духом времени и национальности".³

После окончания гимназии Федор поступил на юридический факультет Московского университета. Как вспоминал В.Ф.Кокошкин, его брата всегда "привлекала к себе красота последовательно законченных построений юридической мысли".⁴ За блестяще написанное сочинение ""Политика" Аристотеля" в 1893 г. он был оставлен при университете по кафедре государственного права для подготовки к магистерскому экзамену. Его научный руководитель, профессор Н.А.Зверев, рекомендовал своего талантливого ученика известному специалисту в области государственного права профессору А.С.Алексееву. В течение четырех лет, пока шла подготовка к магистерским экзаменам, Федор Федорович жил в своем подмосковном имении, с увлечением занимался сельским хозяйством. Одновременно он исполнял обязанности помощника секретаря Московского юридического общества, участвовал в редактировании "Сборника правоведения и общественных знаний". В 1896 г. была издавна его первая научная работа "К вопросу о юридической природе государства и органов государственной власти". В 1897 г. Федора Федоровича избрали гласным Звенигородского уездного земского собрания. В том же году он сдал магистерский экзамен и по прочтении пробных лекций был зачислен на должность приват-доцента, а затем откомандирован Московским университетом за границу для продолжения образования и подготовки диссертации.

В течение двух лет он слушал лекции и работал в библиотеках Гейдельберга, Страсбурга, Берлина и Парижа. В Гейдельберге он занимался под руководством крупного ученого с мировым именем профессора Г.Иелленика, с которым на протяжении долгих лет вел переписку и поддерживал тесные дружеские отношения, и профессора Г.Мейера. В Страсбурге - слушал курс лекций у профессоров П.Лабанда и О.Мейера.

По возвращении в конце 1899 г. в Россию Федор Федорович начал читать в Московском университете спецкурс о местном самоуправлении, руководил практическими занятиями студентов по государственному праву. Одновременно он преподавал в Лицее цесаревича Николая. В 1900 г. молодого приват-доцента избрали гласным Московского губернского земского собрания., привлекли к работе в финансовой и по народного образованию комиссиях, а также во временных комиссиях о мелкой земской единице и о пересмотре земского избирательного права. Через три года он был избран уже членом Московской губернской управы, заведовал ее экономическим отделом, ведавшим вопросами сельскохозяйственной и кустарной промышленности. Он также исполнял обязанности помощника секретаря Московской городской думы и одновременно секретарские обязанности в двух комиссиях: организационной и по подготовке обязательных постановлений. Председателем этих комиссий был его коллега по Московскому университету профессор права С.А.Муромцев, с которым у него установились самые тесные и дружеские отношения. Однако городскую службу Кокошкин вскоре вынужден был оставить и сосредоточиться, по его словам, на "более привычной мне земской деятельности".⁵

1903 год стал переломным в личной и общественной судьбе Ф.Ф.Кокошкина: во-первых, в возрасте 32-х лет он женился, а, во-вторых, по собственному признанию, с головой ушел в политику, в которую был вовлечен своими близкими друзьями и коллегами по московскому губернскому земству - Д.Н.Шиповым, Ф.А.Головиным, Н.И.Астровым, С.А.Муромцевым, Н.Н.Щепкиным, Н.Н.Львовым. Глубоко развитое чувство общественного и гражданского долга, пылкий темперамент борца, вспоминал профессор А.А.Кизеветтер, "вспыхнули в его душе с неудержимой силой, лишь только он соприкоснулся с начавшимся политическим движением, которое вскоре охватило всю Россию".⁶ Н.Н.Щепкин и Ф.А.Головин приобщили Федора Федоровича к группе земских конституционалистов, в которой он сразу же занял "выдающееся положение одного из тех деятелей, на которого с полным основанием были возложены лучшие надежды".⁷

Кокошкин становится одним из самых активных участников ряда полулегальных и нелегальных либеральных организаций: кружка "Беседа", "Союза земцев-конституционалистов" и "Союза Освобождения".

Чтобы понять причины быстрого взлета общественной и политической карьеры Кокошкина, следует, хотя бы кратко, остановиться на характеристике его облика. Обратимся к воспоминаниям тех, кто не только хорошо его знал, но и сумел глубоко понять его психологию. Блестящую портретную зарисовку Ф.Ф.Кокошкина дал князь В.А.Оболенский. "Всегда в застегнутом сюртуке, сшитом в талию, в ботинках самой последней моды и в непомерно высоких крахмальных воротничках, из которых выглядывало маленькое сухонькое личико с маленькими глазками, умно блестевшими из-за пенсне, таков был внешний облик Кокошкина". В личных отношениях Федор Федорович "был совершенно обаятельным человеком: живой и интересный собеседник, знаток литературы и искусства, а главное - простой, добродушный и сердечный, никогда не выставлявший своего умственного превосходства, что так обычно у его людей его калибра. Еще одна характерная его черта: болея туберкулезом, болезнь свою он переносил чрезвычайно бодро. Умел он беречь свое здоровье так, что другим это было не заметно, был всегда жизнерадостно настроен и работал значительно больше среднего здорового человека, точно торопился по возможности больше сделать в краткий отрезок жизни, отведенный ему судьбой".⁸

1. Новый журнал. Т. 74. Нью-Йорк. 1963. С. 209.
2. Там же. С. 209-210.
3. Там же. С. 211.
4. Там же.
5. Русские ведомости. 1863-1913. Сб. статей. М., 1913. Кокошкин Ф.Ф. /Автобиография/
6. Памяти погибших. Сб. статей. Париж, 1929. С. 16.
7. Там же. С. 17.
8. Оболенский В.А. Моя жизнь и мои современники. Париж, 1988. С. 367-368.